Статья из журнала Империя духа №5

В беседе участвуют:

Юрий Мамлеев, русский писатель, автор многочисленных романов в жанре

«метафизический реализм»

Сергей Рябов, философ, востоковед, литератор

Михаил Бойко, литературный критик, журналист, философ

Кирилл Решетников, литературный критик, журналист, лингвист

Недавно вышла новая книга Юрия Мамлеева «Русские походы в тонкий мир». Молодой студент философского факультета Арсений Русанов, пребывая в мыслях о судьбе России, встречает таинственную незнакомку, которая своим сверхъестественным очарованием увлекает его в чащу леса, где обещает показать настоящую Россию. Том он и оказывается. И сразу ситуация кап будто начинает выходить из-под контроля, Водитель автобуса ради веселья едет совсем не в ту сторону, пассажиры спокойно оправдывают его. Кто-то пытается обнять Русанова, а кто-то угощает его медовухой со словами: «Попьешь медку в уюте, душу здесь открывают до дна,,. Одно дно остается, бездонное.,,» Люди, окружающие его, ведут себя настолько странно, что это окончательно обескураживает героя. Они веселые и доброжелательные, и в то же время настолько странные и чудные,.. Их поведение совсем не похоже на то, с которым Русанов привык сталкиваться у себя дома. Наконец он знакомится с теми, кто способен объяснить  ему, в чем дело, Оказывается, Русанов попал в другой, параллельный российской реальности мир, - это Pаccея, или Русская Держава, «Вы, Арсений, попали в хаос,,. Да, в наш родной русский хаос, Но здесь, в этом хаосе, зарождается все. Зерна самых глубинных и великих идей, созерцаний - и все это вперемешку с истерикой бытия», - объясняют герою. Но за хаосом последует бесконечность и люди бесконечности и тоски, люди, бесконечно любящие друг друга только за то, что все они - дети метафизической России.
Юрий Мамлеев: Книга «Русские походы в тонкий мир» вызвала большой резонанс. Сразу скажу, что некоторые мои старые поклонники возмущались. Мол, появились анти-шатуны, то ли небожители, то ли какие-то иные существа, появилась некая идеальная Россия. Критика вращалась вокруг того, что роман утопический и, следовательно, его невозможно осуществить, невозможно реализовать в этой жизни. Если говорить о положительных откликах, - упомяну отзыв, что эта книга может перевернуть современное русское сознание. Действительно, цель романа - повлиять на сознание россиян, но повлиять в совершенно необычной форме - против течения, поскольку основное течение сегодня направлено на очернение действительности.

Михаил Бойко: Я воспринимаю это произведение скорее как апологию нашей несовершенной земной России. И, честно говоря, я не смог бы жить в таком государстве, которое описано в романе. Мне эта тонкая реальность представляется более бедной, более плоской, более трафаретной и безжизненной, чем наша многострадальная Россия со всеми ее недостатками, с ее язвами, с ее убогим рубищем. Мы часто пребываем в заблуждении, что если убрать все беды, то сразу все станет хорошо. На самом деле, если отнять у России все негативное, то мы получим Рассею, в которой мы все умрем от скуки, там просто невозможно будет существовать. Таким образом, этот роман есть апология всей сложности, запутанности нашей реальной сегодняшней жизни. Ведь, как ни странно, все негативные моменты, с которыми мы сталкиваемся, играют огромную жизнеутверждающую роль. Неслучайно герои романа завидуют россиянам, живущим в России низшего мира. И действительно, та Россия плотного мира эквивалентна в чем-то человеку несовершенному и земному, который, как известно, занимает срединное положение в универсуме. Вся полнота существования сконцентрирована именно в том пласте, в котором пребываем мы. Такая постановка вопроса неожиданна и нова. И Рассея - это не утопия и не антиутопия, это нечто, в контрасте с чем мы углубленно понимаем наше существование .

Кирилл Решетников: Не нужно забывать о том, что та более совершенная Россия только кажется обделенной по сравнению с обычной Россией постольку, поскольку на первый взгляд там нет страдания. О его отсутствии говорит один персонаж, но ему тут же возражают, что, по крайней мере, один вид страдания там есть - это страдание экзистенциальное. Насколько я понимаю, авторский замысел был не в том, чтобы показать контраст, о котором говорит Михаил. Задача была совершить некоторый переворот, рокировку.

Юрий Мамлеев: Как-то было высказано предположение о том, что это изображение русского рая. К сожалению, многие обращают внимание только на любовь и мудрость, согласно которым устроена жизнь Рассей, но совершенно не замечают наличия онтологического страдания. Ведь это не тонкий мир, а мир людей из плоти и крови. И их существованию присущи такие же страдания, как и здесь, кроме страданий унизительных - войн, убийства, людоедства и т.д. Страдания последнего рода ничего не добавляют духовному общению. Что могут добавить грабежи, воровство, тупость и меркантильность? В Рассее есть только страдания, которые делают человека высшим существом. То, что рассеяне живут в любви, не значит, что страданий нет, потому что человеческое существование ограничено болезнями и смертью. Кроме того, герою романа, который путешествует по Рассее, не всегда заметна самая настоящая духовная борьба, скрытая внутри их жизни. И эта жизнь не может быть раем, поскольку там есть неутоленность сознания, стремление к полной богореализации. Поэтому «Русские походы...» есть просто описание реальной России, но оторванной от тех бед, которые обрушились на современный мир.

Сергей Рябов: Существует идея о том, что Бог находится по ту сторону добра и зла, рая и ада. Рай в таком случае слишком сильно оказывается внутренне «завязанным» на ад. Рай как бы становится обратной стороной ада. У мистиков разных религий встречаются утверждения о том, что рая на самом деле два. Один из них, по сути, является тем же адом, тем же бренным существованием. В принципе весь наш подлунный мир со всей его изменчивостью уже есть мир страданий. И именно в этом мире, как ни странно, человек находит смысл своего существования. Возьмем, к примеру, Данте. Он не смог изобразить рай. Его чистилище - произведение искусства, а рай - убог и скучен. И можно понять мотивацию тех, кому такой рай не нужен. В связи с этим есть вопрос: сначала был роман «Шатуны», теперь - «Русские походы в тонкий мир». Что это? - Перемена отношения к миру шатунов? Его естественное продолжение? Или какая-то другая точка сборки?


Юрий Мамлеев: Цель романа в том, чтобы сохранить реальную Россию, привести ее к идеальному состоянию настолько, насколько это возможно в земном мире. В «Русских походах...» заложены все метафизические принципы «России Вечной». И хаос, и незримое мировоззрение, и образ бесконечности. Рассея - один из вариантов космологической России. Там живут люди, которые перешли барьер, охраняющий их от нашего мира. Что же касается «Шатунов», то это как бы метафизический ад, с одной стороны. Но в «Шатунах» также показано, как некоторые люди перешли границу человеческого разума, и именно от этого они стали похожими на монстров, но отнюдь не превратились в них. Мир Рассей и мир шатунов совершенно различны. В одном случае мы видим прозрение, а в другом - будто бы мрак. Но и то, и другое является стимулом движения вверх. «Шатуны» и «Русские походы...» - это две стороны одной медали, а медалью называется вселенская жизнь.

Кирилл Решетников: Рассея - это не идеал, а приближение к идеалу. Эта вещь тоньше и сложнее, чем утопия. И все, что там описано, в общем очень реально и похоже на нашу Россию. Замечательным образом этот роман подходит под определение «метафизический реализм». Описывается реальность метафизическая, и благодаря этому она есть абсолютная реальность. Что касается вопроса о возможности влияния этой книги на нашу жизнь. Есть одно важное наблюдение. В России существует целая традиция публицистики, отражающей русские проблемы, где русские, возможно, изображаются хуже, чем они есть. Реально существующие негативные вещи в этой литературе слишком обобщаются. На мой взгляд, концентрация такого писания обусловила то, что русские, читая это, стали хуже на самом деле. Чернота из литературы проникла в жизнь. Как говорил Василий Розанов, нельзя указать ни одной реальной поломки общественной машины, у которой не было бы прообразов в литературе. Если негативные описания русской реальности возымели такое действие, то, может быть, новый роман Юрия Витальевича вдруг отразится позитивно.

Юрий Мамлеев: За поверхностью как бы «земного рая», описанного в романе, кроются определенные метафизические реалии, которые там развернуты в некую картину и которые предполагают, что Российская Держава (название Рассей. - Прим. ред.) находится в движении, что это один из вариантов космологической России, и он так же метафизически незавершен. Но за этим движением жизни находится фундамент, на котором построена Россия Вечная.